Loading...
Вы здесь:  КиноМашки  >  Интервью  >  Current Article

Александр Котт: я мечтаю, чтобы мой фильм назвали советским

    Print       Email

В год 65-летия Великой Победы режиссер Александр Котт представит зрителю картину «Брестская крепость», повествующую о последних днях мира и первых днях войны. Масштабное батальное полотно стало первым совместным кинопроектом Союзного Государства России и Белоруссии. В канун празднования Дня Победы Александр Котт рассказал нам о своем фильме и о том, что для него значила эта работа.

— Военное кино снимать всегда тяжело. Тем более, когда группа столь велика. Расскажите о своей интернациональной команде.

— Группа у нас была большая, участников с обеих сторон примерно поровну. Костяк был из Москвы – режиссерская, операторская группы, художники, пиротехники, каскадеры. Ввиду того, что все работают по-разному, месяц у нас ушел на притирку. Зато потом не было ощущения, что на площадке работают две разных группы. Все варились в одном соку. Белорусы были прикреплены к «Беларусьфильму», а у них жесткие рабочие нормативы. Но в результате все было подведено к единому знаменателю, и ничто не напоминало о том, что мы из разных государств.
— Даже по 8-миминутному ролику фильма, очевиден масштаб картины. Хотя, когда вы снимали в Минске, злые языки на «Мосфильме» поговаривали «Котт – он же молодой, что же он может снять на такую тему?!» Не мешал ли вам этот статус «молодого режиссера» в работе с возрастными членами группы?

— Я был не первым режиссером этого проекта. В тот момент, когда я пришел на картину, подготовительная работа над ней велась уже два года. Связано это было с тем, что довольно именитые режиссеры брались, но вскоре отказывались от этого проекта. По поводу моей молодости – мне почти 40, а я, почему-то, все еще считаюсь молодым, подающим надежды режиссером. То, что молодой – это хорошо, а то, что «подающий надежды» – уже обидно. У нас в принципе подобралась молодая команда. Замечательный  оператор Владимир Башта – ему 40. Художник наш потрясающий Алим Матвейчук, который, не смотря на свои 63 года, гораздо моложе многих молодых художников. Не представляю, кто бы мог еще построить такую декорацию, в таких условиях и в такие сроки. В той же Брестской крепости командиром зачастую был 18-тилетний выпускник училища, а в подчинении у него 50-летние дядьки. Главное не возраст, а умение владеть ситуацией и находить общий язык с людьми.

— Повлияло ли место съемки на состояние группы и качество работы?

— Безусловно. Мы снимали на территории Брестской крепости, и это нам очень помогало. Находясь там, мы по-другому относились к материалу. Артисты ощущали себя иначе, когда они в форме, в пыли с оружием на этой земле, пропитанной кровью, переживали заново те страшные моменты истории. Прежде чем снимать, нам пришлось очень много заниматься разминированием. Мы находили неразорвавшиеся гранаты, которые могли детонировать во время киновзрыва. В реке нашли большую бомбу, старую немецкую лодку с человеческими останками. Мы очень благодарны белорусским саперам, которые работали с нами и были очень профессиональны – не смотря на такую страшную опасность, которая шла рядом, никто во время съемок не пострадал. Сейчас вспоминая об этом, думаешь, ничего себе! А тогда мы как-то просто к этому относились.
Брестская крепость – вообще очень интересное место. Это не только цитадель. Это территория общей площадью 40 км. Построена она была после войны 1812 года. Вокруг нее были выстроены фортовые укрепления, чтобы враг не мог пойти по кругу. Второе кольцо укреплений возводил в 1913 году царский генерал Дмитрий Карбышев. Это серьезное фортификационное сооружение. И вход для посетителей открыт лишь на территорию цитадели, которая полностью очищена от мин. А острова – это пограничная зона. Туда никто не ходит, и там до сих пор можно ведрами собирать подобные артефакты.

— Вы снимали на территории самой крепости. Расскажите о том, сколько «крепостей» вам пришлось построить для съемки?

— В реальном мемориале снимать невозможно, поскольку мы дымим, взрываем и могли повредить памятник. Нам пришлось построить заново крепостную стену 90 метров длиной и 6 метров высотой, 3 здания, церковь. Снимали мы последовательно от мирной жизни к разрушению. По договору с Минкультом Беларуси площадку мы должны были очистить, то есть все остатки декорации мы за собой убрали. Декорацию построили на территории бывшего футбольного поля, где размещались казармы комсостава.

— Вы открыли для себя какие-то новые страницы истории, работая с этим материалом?

— Да, я узнал очень много нового, поскольку нам очень помогал сам музей, там есть все материалы, фото, документы. У нас была попытка воссоздать практически почасовую хронику событий. Сегодня не возможно найти человека, который бы знал все, поскольку ветераны, дожившие до наших дней, и делившиеся с нами своими воспоминаниями, воевали на одном участке и не знали, что происходит на другом. Главная проблема в том, что не было командиров, они жили в основном в Бресте. А где боец без командира – там и паника. Слухи о том, что война на пороге были. И все знали об этом. Поляки спешно эвакуировали своих. Главный герой нашего фильма Петр Гаврилов, в последствие Герой Советского Союза, был под трибуналом за то, что якобы распространял панические слухи. Хотя он лишь предупреждал о том, что надо быть готовыми к войне и говорил о том, как себя вести. Крепость – это большой каменный мешок, из которого выход на восток только в одни ворота. В результате его опасения подтвердились. Немцы поставили возле ворот 2-3 пулемета и всех, кто побежал в эти ворота, положили. Люди ждали войны, готовились к ней, но все равно она началась неожиданно. Они не стояли под ружье. Было воскресенье. Командиров не было, никто не знал, что делать. Многие части накануне ушли в поля готовиться к смотру. В первые дни они все ждали, что вот-вот подойдут наши, и мы погоним немца обратно. А немцы в это время были уже под Минском. Накануне войны 21-го июня немцы пригнали состав на вокзал через границу, опечатанный, якобы с сельхоз техникой. А внутри был «троянский конь». А мы соблюдали пакт и не могли не пропустить его.

На самом деле немцы брали эту же крепость у поляков в 39-м году. Поляки сражались две недели, и зная крепость очень хорошо, поняв, что сопротивление бесполезно, сумели вывести сохранившийся состав. И потом немцы передали эту крепость нам, предварительно внимательно ее изучив. Поэтому в 41-м им было проще – они очень хорошо знали крепость и ее возможности. Они не учли лишь того факта, что в крепости находились русские солдаты. Хотя, на самом деле там такая многонациональная история была. Гаврилов – татарин, Фомин – еврей, Кижеватов – мордвин, Зубачев – русский. Были и чеченцы, просто об этом принято умалчивать. А там была очень интересная история. Чеченцы объявили Гитлеру джихад, и у нас в фильме вы это увидите. Последний герой Брестской крепости был чеченец. Я читал у немцев в документах, что в сентябре они нашли черного обросшего человека с чеченским именем. Это был советский народ. Многие сдались сразу. Те, кто остался – сражались. Каждый выбирал за себя. Я не знаю, как бы я себя повел в этой ситуации – сдался бы сразу, посопротивлялся бы или застрелился. И пока я снимал это кино, постоянно задавал себе этот вопрос, что бы я делал, окажись на их месте. Не ответил и не отвечу, пока не окажусь в такой ситуации. Война многое меняет в людях. Сильные становятся слабыми, слабые — сильными, первые – последними, а последние – первыми. Самое страшное, что были жены и дети. И ни командование, ни бойцы ничего не могли поделать. Они не могли полноценно сражаться и погибать на глазах у своих семей. И самым страшным решением было сдавать в плен своих жен и детей под шанс, что они выживут.

— Они выжили?

— Судя по всему — нет. У немцев в начале войны все протоколировалось. Согласно этим записям, после поражения под Москвой в 42-м году жен командиров и их детей расстреляли. Гаврилов выжил, его вытащили немцы в июле уже в бессознательном состоянии. Очень долгое время никто не знал, что крепость продолжает обороняться – связи не было, немцы продвигались вперед.

— Сценарий фильма – это оригинальное произведение?

— Да, это попытка сделать некую реконструкцию. Но это не документальное кино, поскольку нам необходимо было ввести некую любовную линию, показать характеры, разных персонажей которые сражались в разных местах. Основной текст был написан Екатериной Тирдатовой, помогал Константин Воробьев, на каком-то этапе подключился я – это был совместный труд. Мы старались делать картину в традициях советского кино. У нас не было задачи показывать кишки наружу, и у нас этого практически нет. Мы хотели показать советский народ. Героизм с песней, победу со слезами на глазах. Мы не копались и не делали открытий. Там же на самом деле через 4 дня все закончилось. Был общий прорыв по приказу номер 1, потом немцы сбросили бомбу 2 тонны, которая просто всех оглушила. Люди выходили очумевшими их брали теплыми. Дальше началось партизанское движение.

— То есть вы снимали в какой-то степени миф.

— Я считаю, что лучше сделать миф, если ты не знаешь ничего об этом. Мы же не воевали. Этот миф основан на генетической памяти, на том. Что воевали твои родственники, что они не зря погибли. Такой благодарностью к этим людям проникаешься. У нас не было задачи сделать фильм-провокацию – вот как оно было на самом деле. Нет, я мечтал, чтобы это кино было советским. Потому что воспитаны на таких фильмах как «В бой идут одни старики» — смотришь, поешь вместе с ними и плачешь. И кто посмеет сказать, что это не правда.

— Какие еще военные фильмы послужили для вас образцами в работе над «Брестской крепостью»?

— «Торпедоносцы», «Женя Женечка и катюша», «Батальоны просят огня», «Небесный тихоход», «Они сражались за Родину», «Горячий снег», «Сашка», «А зори здесь тихие», «Завтра была война» – все советское послевоенное кино. Единственный фильм, который я смотрел по-другому – «Иди и смотри». И «В августе 44-го» – это тоже советское кино, хоть и сделано в 90-е годы. Мне интересен человек на войне, а не сама война. Война, через человека, его проявления. Там были герои. Настоящие герои. Только обидно, что героизм проявляется только на войне.

Мария Безрук

    Print       Email
  • Наши опросы

    Ваше мнение о "Цитадели" Никиты Михалкова

    Посмотреть результаты

    Загрузка ... Загрузка ...

    Как вы оцениваете результаты года для русского кино?

    Посмотреть результаты

    Загрузка ... Загрузка ...

    Какая программа 32-го ММКФ вам понравилась больше всех?

    Посмотреть результаты

    Загрузка ... Загрузка ...

    Какой фильм конкурсной программы фестиваля "Кинотавр" вы считаете лучшим?

    Посмотреть результаты

    Загрузка ... Загрузка ...

    Каково ваше мнение в отношении раскола в Союзе кинематографистов

    Посмотреть результаты

    Загрузка ... Загрузка ...